Искусственный интеллект все чаще сравнивают с технологиями, которые требуют уставки международных правил и системы контроля. На Генассамблее ООН в Нью-Йорке тема ИИ снова оказалась среди ключевых глобальных рисков: генсек Антониу Гутерриш назвал нерегулируемое развитие искусственного интеллекта одной из серьезных угроз наряду с войнами, климатическим кризисом и неравенством.
И речь уже не только о политических призывах. ООН действительно создала два постоянных международных механизма по ИИ – Независимую международную научную панель и Глобальный диалог по управлению искусственным интеллектом. Они были учреждены Генассамблеей еще в августе 2025 года резолюцией A/RES/79/325.
“В недалёком будущем произошла ядерная война. И всё это, весь город, всё исчезло. Просто исчезло. Но кое-кто выжил – там, здесь. Никто не знал, кто начал войну. Это были машины, Сара. Сеть оборонных компьютеров. Новых, мощных – они знали всё, проникли всюду. Говорили, это здорово – новый тип интеллекта. А потом они решили, что их враги – это люди, все люди. Наша судьба была решена в долю секунды. Полное уничтожение”. (фильм “Терминатор”, 1984)
Это “МАГАТЭ для ИИ”?
Не совсем. У новой научной панели нет полномочий инспектировать дата-центры, проверять код компаний или запрещать запуск моделей. Это не надзорный орган в классическом смысле.
Панель состоит из 40 независимых экспертов и должна ежегодно готовить научные оценки возможностей, рисков и последствий ИИ. Она также может выпускать тематические доклады и до двух раз в год отчитываться перед Генассамблеей. Ее мандат касается гражданского, а не военного применения ИИ.
То есть пока это скорее глобальный научный “радар”, а не инспекция.
Второй механизм – Глобальный диалог по управлению ИИ. Это площадка, куда входят все 193 страны ООН, а также представители бизнеса, науки, гражданского общества и технологического сектора. Первый полноценный диалог прошел в Женеве 6–7 июля 2026 года, следующий намечен на 3–4 мая 2027 года в Нью-Йорке.
Что именно там хотят регулировать
В документах ООН среди приоритетов названы прозрачность, подотчетность и человеческий контроль над ИИ, безопасность систем, доступ к технологиям и снижение рисков для прав человека. Президент 81-й сессии Генассамблеи Халилур Рахман в сентябре отдельно призвал искать общие подходы к международной ответственности и надзору.
Но пока никакого единого мирового закона об ИИ нет.
Нет и решения, которое обязывало бы все страны одинаково маркировать ИИ-контент, запрещать дипфейки или раскрывать устройство нейросетей. Это пока сфера национального регулирования и международных рекомендаций.
Что это может значить для обычного пользователя
Если государства постепенно договорятся об общих правилах, то для пользователя наиболее заметными могут стать несколько вещей: понятная маркировка искусственного контента, требования оповещать, когда человек общается с ИИ, механизмы обжалования решений алгоритмов и более жесткие правила для систем, работающих с детьми, персональными данными или чувствительной информацией.
А что с Беларусью
Беларусь участвует в этих процессах как государство – член ООН и имеет место в Глобальном диалоге по управлению ИИ. Сам диалог специально создавался так, чтобы в обсуждении участвовали не только технологические лидеры, но все страны. Организация Объединенных Наций
При этом в самой Беларуси отдельного комплексного закона об искусственном интеллекте пока нет. Белорусские законодатели публично говорили, что системное регулирование ИИ еще предстоит сформировать; параллельно обсуждаются модельный закон СНГ, национальная концепция и возможные специальные нормы. Об этом в белорусском правительстве говорили еще год назад.
Отдельно обсуждается и вопрос маркировки ИИ-контента, но окончательный подход пока не определен. Среди вариантов – обязательная либо более мягкая маркировка.
Для Беларуси это особенно важно в нескольких сферах: использование иностранных ИИ-сервисов, защита персональных данных, дипфейки, контент для детей и юридически значимые решения, которые может принимать алгоритм.
То есть мирового “инспектора по нейросетям” пока нет
Формально – нет. Но инфраструктура для международного контроля уже создается: научная панель должна собирать и проверять данные о рисках, а Глобальный диалог – превращать эти оценки в политические договоренности. Пока это мягкая модель управления без санкций и инспекций.
Конечно, сравнение с МАГАТЭ пока скорее метафора. Но если страны когда-нибудь захотят перейти от рекомендаций к обязательным проверкам, нынешняя структура ООН вполне может стать фундаментом для более жесткого режима контроля безопасности ИИ.
