Около полуночи 31 августа 1997 года возле парижского Ritz было шумно даже по меркам Вандомской площади. Фотографы дежурили у входов, ожидая принцессу Диану и Доди аль-Файеда. Пара собиралась ужинать в ресторане, но из-за внимания прессы осталась в отеле. В 00:20 они вышли через заднюю дверь. План был простой: отвлечь фотографов машинами у парадного входа и незаметно уехать. Не получилось.
31 августа исполняется 29 лет со дня гибели Дианы. Та ночь стала не только мировой новостью, но и поводом задать неудобный вопрос: сколько на самом деле может стоить один удачный кадр?
Принцесса Диана. Кадр, сделанный папарацци
Кадр за четверть миллиона фунтов
К тому лету Диана была не просто одной из самых известных женщин мира. Для фотобизнеса она стала почти идеальным товаром: развод, новая жизнь, новый роман – и огромный интерес читателей.
За несколько недель до трагедии итальянец Марио Бренна снял Диану и Доди на яхте в Средиземном море. Sunday Mirror заплатил около 250 тыс. фунтов за британские права на снимки. Последующие продажи по миру обещали фотографу миллионы.
Так работала экономика папарацци 1990-х: чем труднее получить фотографию, тем дороже она стоила. Знаменитость пыталась скрыться – цена росла. У Дианы эта гонка почти не прекращалась.
Почти вся жизнь Дианы проходила под вспышками камер
Тоннель Пон-де-л’Альма
Автомобиль Mercedes, в котором находилась Диана, вел сотрудник службы безопасности Ritz Анри Поль. На переднем сиденье находился телохранитель Тревор Рис-Джонс. Фотографы быстро поняли, что пара уехала с заднего выхода, и начали преследование.
В тоннеле машина врезалась в опору. Эксперты оценили скорость удара примерно в 105 км/ч. Анализы показали у водителя уровень алкоголя примерно втрое выше тогдашнего французского лимита. По выводам британского расследования, никто из четырех находившихся в Mercedes не был пристегнут.
Доди аль-Файед и Анри Поль погибли на месте. Диану доставили в больницу Питье-Сальпетриер, где около четырех утра констатировали смерть. Ей было 36 лет.
Версии о заговоре обсуждали годами, но операция Paget (кодовое название масштабного следствия, которое вела Служба столичной полиции Лондона с 2004 по 2008 год с целью проверки многочисленных теорий заговора и слухов об умышленном убийстве принцессы Дианы и Доди аль-Файеда) не нашла доказательств убийства. В 2008 году британское жюри пришло к выводу, что Диана и Доди погибли из-за неосторожного вождения находившегося в алкогольном опьянении Анри Поля и водителей транспортных средств, преследовавших принцессу.
В первые часы после аварии рынок еще жил по старым правилам: фотографии с места катастрофы пытались продать американским изданиям за сумму до $1 млн. Но тон разговора менялся на глазах. Вопрос был уже не в том, кто получит эксклюзив, а в том, имеет ли пресса право доводить погоню за кадром до такого предела.
Через неделю похороны Дианы смотрели, по оценкам, до 2,5 млрд человек. У королевских резиденций лежали горы цветов. Масштаб скорби объяснялся не только внезапностью смерти: миллионы видели в Диане редкую для монархии смесь статуса и уязвимости – человека, который не очень вписывался в привычную дворцовую дистанцию.
После трагедии британская Комиссия по жалобам на прессу ужесточила нормы о преследовании и вмешательстве в частную жизнь. В обновленных правилах отдельно заговорили о коллективном преследовании и съемке там, где человек вправе рассчитывать на приватность. Папарацци на время стали почти ругательным словом. Но тяга к чужой жизни никуда не исчезла.
Сегодня папарацци помещается в кармане
В 1997 году между камерой и читателем стояли фотограф, агентство, редактор и типография. Теперь достаточно смартфона и аккаунта в соцсети. Случайный прохожий может снять публичного человека в ресторане, больнице или с детьми – и почти мгновенно показать это огромной аудитории.
Поэтому вопрос, который оставила после себя гибель Дианы, стал только сложнее. Общественный интерес – это сведения, действительно важные для общества. Интерес публики – желание посмотреть, как живет известный человек, когда он думает, что на него никто не смотрит.
Между этими двумя вещами и проходит граница. И провести ее иногда очень сложно.
