“Сейчас достану из печки “яйкі з шкваркамі”, садитесь за стол”, – Сергей Урбанович берет ухват, ловко цепляет горячую шипящую сковородку и ставит перед нами. Чтобы городскому парню научиться мастерски проделывать этот трюк, ушел не один месяц. Сергей родом из Миор Витебской области. Когда-то его бабушка с дедушкой сбежали из деревни в город, получили высшее образование и решили в вёску не возвращаться. Спустя много лет их внук Сергей купил в глухой местности старую хату. Теперь он хозяин красивой усадьбы “У водопада” с яблоневым садом и корчмой.
Этот дом много лет назад Сергей Урбанович купил за 700 евро.
– За ту старую липу не заходите, там уже пограничная зона, а за Двиной – Латвия, – говорит Сергей Урбанович, когда мы гуляем по двору.
Хата расположена в интересном месте: по яблоневому саду ходить еще можно, но, если захочется выйти за огород, нужно брать разрешение у пограничников. До соседнего государства – совсем ничего, до большого мира – прилично (от вёски до Миор 27 км – прим. автора).
Сергей выбирал хату подальше от всех.
За качелями и старой липой – пограничная зона.
Раньше такие умывальники были в каждом дворе.
– Когда покупал дом, здесь было девять жителей, сейчас – пять, – рассказывает Сергей. – У меня была задача не то чтобы возродить вёску, но хотя бы сделать так, чтобы и другие люди приехали сюда жить. И такие люди нашлись.
“До 27 лет не мог забить гвоздь”
В маленькую деревню Бабарики Миорского района Сергея занесло 13 лет назад. Вёска в одну улицу выглядит колоритно: дома маленькие, без заборов, и всё утопает в зелени. Сюда не ходят автобусы и не заглядывают чужаки, попробуй заберись в эти Бабарики.
– Я искал дом в глуши, подальше от всех. Жизнь в городской квартире надоела так, что было уже невыносимо, – говорит Сергей Урбанович. – Я же вырос в Миорах, в семье, где все люди интеллигентные, с высшим образованием. Мои дедушка с бабушкой когда-то сбежали из колхоза в город, а я решил обратно рвануть у вёску. Они очень удивились, не поняли этого.
В деревне живет пять человек.
За пограничную полосу заходить нельзя: нужно специальное разрешение.
Сейчас в Барбариках можно купить несколько домов за базовую величину.
В 2013 году старый дом с историей и заросшим яблоневым садом обошелся Сергею в 700 евро. Хозяином хаты он стал, но что делать дальше? Как подойти к печке – не знал, как правильно держать косу – тоже.
– Честно скажу, я был маминой “сыночкой-корзиночкой”, до 27 лет не мог вбить гвоздь. Родные надо мной смеялись: “Ты ничего не умеешь делать!” Я нордически молчал, потому что и правда ничего не умел, но было дикое желание жить в деревне. Это сейчас и блины в печке испеку, и “кумпякі” на стол поставлю, а тогда… Помню, как в первые дни пошел к деревенскому деду за косой. Он на меня посмотрел с улыбкой, но косу дал. Я ее сразу и сломал, – про себя и свой путь в деревню Сергей Урбанович рассказывает с юмором.
“Дом был построен в конце XVIII века, здесь жил ксендз”
Пока гуляем с Сергеем по двору и слушаем его рассказы про деревню, отмечаем, как часто, не замечая этого, он переходит на мову или вставляет в речь белорусские или местные слова. Вот так вёска и “прибрала” его к своим рукам.
Сергей построил для аистов “буслянку” во дворе.
Так выглядит вход в погреб, который теперь стал корчмой.
На участке есть и качели, и баня.
– Вельмі хацеў, каб у двары жылі буслы. Пабудаваў ім буслянку. І вось яны засяліліся, але бусел дужа шкодны. Пакіну пальчаткі, ён возьме і раскідае па ўсяму двару. І так кожны раз. Што яны яму зрабілі? – с улыбкой отмечает Сергей.
Буслянка, баня, беседка, качели – всё это появилось позже. Первым делом мужчина стал разбираться с домом.
Этот фундамент дома был заложен еще в конце XVIII века.
– Он был в таком страшном состоянии… В хате семь лет никто не жил, за это время ворона свила гнездо в печке. Стал мыть окна – выпали рамы, я взялся за голову: “Что делать?” На ошибках всё и сделал, – вспоминает Сергей Урбанович. – А потом узнал историю дома: он был построен в конце XVIII века, здесь жил ксендз Игнат Жолнерович. Во время войны деревня Бабарики сгорела, от хаты остались только фундамент и погреб. Уже потом в советское время хату заново отстроили.
На стене – портрет первого хозяина дома, ксендза Игната Жолнеровича.
“Прыгал с одного места на другое, искал себя”
Сергей приглашает в дом. На столе стоит травяной чай, на тарелке – сало с мясом, в печке шипят “яйца з шкваркамі”. Вёска сделала свое дело: мужчина научился разбираться в тонкостях деревенской жизни, умеет приготовить не одно национальное блюдо, хочет научиться печь хлеб. За этим особенно интересно наблюдать, если знать, что в обычной жизни Сергей работает в металлопрокатной компании.
Сергей в печке может приготовить разные блюда.
– Я в жизни попробовал многое (работал в пожарной части, на таможне), прыгал с одного места на другое, искал себя и только сейчас нашел, – признается наш собеседник.
“Яечня са шкваркамі” от хозяина дома.
Идея создать агроусадьбу “У водопада” появилась не сразу. Однажды Сергей попал на болото Ельня в качестве волонтера, строил плотины и гнезда краснокнижным птицам. Там он проникся не только природой, но и познакомился с интересными людьми. Сергей из тех, кто искренне восхищается человеком, который построил свое дело с нуля. И неважно, чем тот занимается: варит сыры или выращивает коров. Главное, чтобы это дело было для души.
Философия агроусадьбы: никакой “мітусні” и погружение в детство
Купив деревенский дом, мужчина начал собирать старые вещи, интересоваться тем, как раньше жили люди. Так пуня стала пространством, больше похожим на музей (здесь хранятся прялка, люлька, ступа), а погреб превратился в колоритную корчму.
Сергей расчистил сарай и принес сюда коллекцию старых вещей.
Мужчина собирает кувшины из розовой дисненской керамики XIX-XX веков.
Погреб старого дома превратился в колоритную корчму.
– У меня была цель – сделать агроусадьбу не для всех, а только для тех, кто любит белорусскую вёску и ее культуру. Когда общаюсь с туристами по телефону и чувствую, что им не нужен “сялянскі быт”, сразу подбираю другую агроусадьбу. Как я это понимаю? Так я психолог по второму высшему образованию (по первому – юрист, прим. автора), – смеется Сергей. – Перед тем, как открыть усадьбу, думал, чем удивить туристов, которые побывали во многих странах и многое видели. И решение пришло: нужно вернуть их в детство. Это работает на 100%. Неважно, откуда они приехали.
Сергей признается, что еще не определился со стилем дома.
В хате много вещей ручной работы.
Этой коллекцией керамики Сергей особенно гордится.
У Сергея есть четкое правило: между заселением разных гостей должно пройти как минимум два дня.
– Человек не должен чувствовать ауру “пастаяннай мітусні”, – объясняет мужчина.
Чтобы отремонтировать хату, хозяин дома ездил на заработки в Латвию и Австрию
Рассмотрев двор, дом, посидев в прохладной корчме, предлагаем Сергею прогуляться по деревне Бабарики. Вся прогулка занимает минут 15, но за это время выясняется интересная деталь: на краю вёски жители Москвы купили старый дом, благодаря нашему герою. Он помог им с выбором, когда те искали хату в Беларуси.
– Смотрите, и дом в порядок привели, и новые еще построили – открыли агроусадьбу, – Сергей показывает на ухоженный двор в конце улицы.
– Ну вы даете! Зачем вам конкуренты? – это первый вопрос, который хочется задать.
– Какие они мне конкуренты? – отмахивается Сергей. – У них своя тематика, у меня своя. Я за то, чтобы мест для отдыха в Миорском районе становилось больше.
В деревне – маленькие дома и нет заборов.
Сергей хочет построить площадку, чтобы наблюдать за серыми журавлями.
Агроусадьба для Сергея – это не про деньги. Несколько лет назад Сергей сдал экзамены и стал экскурсоводом по болоту Ельня, как и его мама. Это основной источник доходов. “У водопада” же – проект для души.
– Хата заставляет меня двигаться. Чтобы привести ее в порядок, ездил на заработки в Австрию, Латвию, постоянно узнаю что-то новое, учусь у других. Так я точно не стану скуфом, – смеется мужчина. – Я рассказываю свою историю с одной целью: если кто-то хочет купить дом в деревне, но сомневается, справится или нет, посмотрите на меня. Я был дуб дубом, ничего не умел. Меня вытянуло одно лишь желание жить в деревне.
Сейчас почти все пустующие дома в деревне Бабарики продаются за базовую величину. Сергей надеется, что скоро у него появятся новые соседи.
Со временем во дворе появились беседка, баня, качели, мангал.
– Это так круто, что люди начали возвращаться к истокам, покупать старые хаты. Только в деревне понял, что наконец-то стал счастливым. Раньше ходил на работу ради денег, закрывал стандартные потребности: квартира, машина, гараж. А приехал сюда – здесь другие ценности, и такие душевные старики, ну просто золото, – отмечает Сергей.
– Моя цель – уехать в вёску на постоянку через два года. Разводить овец, заниматься фермерством, купить еще один дом для своей семьи, и никакой город вообще тогда не нужен. Построю на старой липе домик с обзорной площадкой: буду пить чай и наблюдать за журавлями. И большего мне не надо.
Текст: Екатерина Асомчик, фото: Христина Лузай
*Использование и цитирование данной статьи допускается в объеме, не превышающем 20% при наличии гиперссылки. Более 20% – только с разрешения редакции.
