Более 80 млн гектаров земель Центральной Азии уже деградировали. Это одна из главных цифр нового тематического доклада Global Land Outlook, представленного 26 августа на конференции ООН COP17 в Улан-Баторе. Исследование охватывает Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан.
Проблема гораздо шире одного региона. По оценке Конвенции ООН по борьбе с опустыниванием, деградация затрагивает до 40% земель планеты и обходится мировой экономике почти в $900 млрд ежегодно. Страдают производство продовольствия, доступность воды и доходы людей.
Но что это значит для Беларуси, где пустынь нет? Последствия могут оказаться вполне чувствительными - от урожая на наших полях до стоимости продуктов в магазине.
Земля деградирует - но не обязательно превращается в пустыню
Деградация земель - понятие шире опустынивания. Почва может выглядеть как обычное поле, но хуже удерживать воду, терять плодородный слой, засоляться или разрушаться из-за эрозии.
В Центральной Азии к этому добавляются дефицит воды, деградация пастбищ и засухи. По оценке авторов доклада, на ухудшающихся землях живут около 24 млн человек, а экономические потери региона составляют миллиарды долларов в год.
Для сельского хозяйства последствия довольно понятны: с ухудшающейся земли сложнее получить прежний урожай, а поддерживать производство становится дороже.
Как это может ударить по кошельку белоруса
Прямая связь “в Казахстане деградирует земля, значит завтра вырастет ценник в белорусском магазине” была бы слишком простой. Цены зависят от урожая во многих странах, логистики, валютных курсов и возможности заменить одного поставщика другим.
Но да, экономический механизм существует.
Если из-за засухи, нехватки воды или деградации почв регион собирает меньше зерна, масличных культур, овощей или кормов, предложение может сокращаться, а затраты производителей - расти. Дальше этот эффект способен передаваться по цепочке к переработчикам и импортерам.
Беларусь и Казахстан активно торгуют агропромышленной продукцией: за январь-май 2026 года взаимный товарооборот в этой сфере вырос на 18%.
Есть и конкретные продукты. В январе-апреле 2026 года Беларусь входила в число основных внешних рынков для казахстанского сливочного масла. Казахстан также заявил о планах расширять поставки в нашу страну подсолнечного и сафлорового масел, готовой бакалейной продукции, рапса, подсолнечника и льна.
Из Узбекистана в Беларусь идут фрукты: только черешни за январь-май 2026 года поставили 135,3 тонны. За первые четыре месяца 2026 года объем поставок мясной продукции из Беларуси в Узбекистан увеличился на 23,8%. Также экспорт колбасных изделий и готовых мясных продуктов вырос почти в 2,5 раза, а объем поставок молочной продукции значительно увеличился. Для дальнейшего расширения сотрудничества между сторонами поставлена задача увеличить объем взаимной торговли продуктами питания до $1 млрд к 2030 году.
Поэтому проблемы с урожайностью в крупном сельскохозяйственном регионе теоретически могут отражаться и на белорусском рынке. Например, плохой урожай масличных культур способен увеличивать себестоимость растительного масла, а проблемы с кормами - расходы животноводства и производства молочной продукции.
Но говорить, что из-за нынешней деградации земель конкретно подорожают масло или другие продукты в Беларуси, пока оснований нет. Новый доклад ООН такого прогноза не делает.
А что с землей в самой Беларуси?
У нас другая климатическая ситуация, но проблема деградации почв тоже существует.
По данным исследования белорусских ученых, водной эрозии подвержено 7,2% сельскохозяйственных земель страны - более 550 тыс. гектаров. На пахотных землях зафиксировано 361,7 тыс. гектаров эродированных почв.
Отдельная белорусская проблема - торфяники. Значительные их площади в прошлом были осушены, что привело к минерализации торфа, снижению уровня грунтовых вод и повышению риска пожаров. UNCCD поддерживает в Беларуси проекты повторного обводнения деградировавших торфяных земель.
Засуха для Беларуси реальнее пустыни
Самый понятный для белорусского сельского хозяйства риск - нехватка влаги.
Smartpress уже рассказывал, что за период потепления почвенные засухи продолжительностью месяц и более в Гомельской и Брестской областях случаются в семи-девяти годах из десяти.
При средней засухе урожайность зерновых и зернобобовых в Беларуси может снижаться на 10-20%, при экстремальной - на 30-40%, рассказывали специалисты Белгидромета и НАН.
Это уже прямой путь от состояния земли к экономике: меньше урожая с гектара, больше расходов на сохранение воды, мелиорацию и адаптацию сельского хозяйства.
При этом Беларусь не стоит на пороге опустынивания по сценарию Центральной Азии. Наши условия другие. Новый доклад ООН интересен скорее как наглядная иллюстрация того, что происходит, когда проблемы воды, почвы и землепользования накапливаются годами.
Для покупателя последствия деградации земли в конечном счете измеряются не гектарами. Они могут появляться в гораздо более привычных вещах - урожае зерна и овощей, стоимости растительного масла, расходах фермеров на воду и, в конечном итоге, цене еды.
