60 дней – столько сейчас есть у США и Ирана, чтобы превратить предварительный меморандум в полноценное соглашение. На бумаге все выглядит как передышка для Ближнего Востока: прекращение боевых действий, открытие Ормузского пролива, снятие части нефтяных ограничений, переговоры по ядерной программе в Швейцарии. Но сама формула сделки показывает: стороны пока не столько закрыли конфликт, сколько поставили его на таймер, пишет The Guardian.
Что подписали США и Иран
Ппрезиденты Дональд Трамп и Масуд Пезешкиан подписали 14-пунктный меморандум о прекращении войны. Документ предусматривает остановку боевых действий, возобновление судоходства через Ормузский пролив, снятие морской блокады и запуск нового раунда переговоров. В течение 60 дней стороны должны согласовать финальный договор, который затем может получить оформление через Совбез ООН.
Главный практический пункт – Ормуз. Иран должен обеспечить свободный проход судов без сборов на 60 дней. После этого Тегеран уже предупреждает о намерении взимать плату за проход, а Вашингтон выступает против такой схемы. Поэтому даже открытие пролива выглядит не окончательным решением, а временным режимом – с заранее заложенным спором.
Для мира это важно не только политически. Ормузский пролив – одна из главных нефтяных артерий планеты. По данным IEA, в 2025 году через него проходило почти 15 млн баррелей нефти в сутки – около 34% мировой торговли сырой нефтью. EIA оценивало потоки через пролив в 2024-м и начале 2025-го как более четверти мировой морской торговли нефтью и около пятой части мирового потребления нефти и нефтепродуктов.
С чего началась эта война
У нынешней войны длинная предыстория. В ее центре – иранская ядерная программа, санкции, безопасность Израиля, присутствие США на Ближнем Востоке и союзники Тегерана в регионе, включая “Хезболлу” и шиитские группировки в Ираке.
В 2015 году Иран заключил ядерную сделку с международными посредниками. По ней Тегеран ограничивал свою ядерную программу, а взамен получал ослабление санкций. Но в 2018-м США при Дональде Трампе вышли из соглашения. После этого Иран начал постепенно отказываться от части прежних ограничений.
С 2019 года МАГАТЭ фиксировало: отдельные элементы иранской ядерной активности уже не укладываются в рамки прежней сделки. Так дипломатический спор снова стал военным фактором – и одним из главных поводов для новой эскалации.
К 2026 году спор снова стал военным. AP описывает нынешний этап как продолжение длинной истории – от американской поддержки шахского Ирана и его ядерной программы до исламской революции 1979 года, санкций, проваленных переговоров и прямых столкновений последних лет. В феврале 2026-го США и Израиль начали крупную операцию против Ирана, после чего конфликт быстро вышел за рамки двустороннего противостояния.
Этапы эскалации
Первый этап – удары по Ирану. 28 февраля США и Израиль нанесли атаки по иранским военным, правительственным и ядерным объектам. Иран ответил ракетами и дронами по Израилю и американским базам в регионе. Уже в первые часы конфликт стал не дипломатическим кризисом, а прямым обменом ударами.
Второй этап – расширение войны. Боевые действия затронули не только Иран, США и Израиль, но и Ливан, Ирак, государства Персидского залива. “Хезболла” стала отдельным фронтом давления, а Ормузский пролив – рычагом, через который Иран мог влиять на мировую энергетику.
Третий этап – борьба за пролив. Иран то открывал, то снова ограничивал судоходство, США сохраняли морскую блокаду и военное присутствие. Smartpress ранее писал, что статус Ормузского пролива стал одним из главных рычагов давления в конфликте и потенциальной точкой перехода региональной войны в глобальный энергетический кризис.
Четвертый этап – переговоры. В апреле стороны уже пытались договориться, но переговоры США и Ирана 11–12 апреля в Исламабаде завершились без соглашения. Позже Иран передал США мирный план из 14 пунктов через Пакистан, а в июне появились сообщения о проекте меморандума с прекращением войны, снятием блокады, разблокировкой активов и новым переговорным треком.
Потери: цифры разные, масштаб – нет
Точные потери остаются предметом спора. По данным Al Jazeera на 100-й день войны, предварительные оценки говорили минимум о 3468 погибших в Иране, 3593 погибших в Ливане, 29 погибших в странах Персидского залива, 26 погибших израильтянах и 13 погибших американских военных. Эти цифры могут меняться, потому что доступ к местам ударов и независимая проверка ограничены.
Гуманитарные данные тоже расходятся. OCHA со ссылкой на власти Ирана сообщало, что к концу апреля в стране было не менее 3375 погибших гражданских и 32 314 раненых. Guardian оценивал общий масштаб войны более чем в 7000 погибших, прежде всего в Иране и Ливане, и писал о серьезном ущербе гражданской инфраструктуре.
Почему 60 дней могут не сработать
Главная слабость меморандума – в отложенных решениях. Иран согласился не создавать ядерное оружие и снизить уровень запасов обогащенного урана под надзором МАГАТЭ, но спор о масштабе инспекций, санкциях, ракетной программе и региональных союзниках остается. Guardian отмечает, что санкционное послабление привязано к прогрессу по ядерным переговорам, а не к самому факту подписания меморандума.
Второй риск – Ормуз. Если через 60 дней Иран начнет вводить сборы или ограничивать проход судов, конфликт может вернуться уже не как большая война, а как серия морских кризисов: задержания, угрозы, удары по инфраструктуре, рост страховок и цен на перевозки. Для Беларуси это тоже не далекая география: такие сбои через нефть, фрахт и мировую инфляцию отражаются на стоимости логистики, топлива и товаров.
