“Эту развалюху мы купили за $300, а этот дом я построил сам”, – этими словами дизайнер Михаил Буховец начинает экскурсию по огромному участку. История Михаила и его жены Анны не совсем типичная: в деревню их потянуло 20 лет назад задолго до тренда “трэба хата ў вёсцы”. Пара приехала в гости в маленькую деревню Белый Бор Слуцкого района и спонтанно решила: “А что если купить здесь дом и приезжать по выходным жарить шашлыки?” Теперь у супругов 50 соток земли, огромный сад с рододендронами, сиренью и пионами, а по двору гуляют куры и индоутки.
Михаил Буховец на пороге дома, который построил сам.
– Вы специально забрались в такую глушь, чтобы вас никто не нашел? – смеемся, когда Михаил Буховец выходит на дорогу.
Двухэтажный деревянный дом спрятан за большими соснами так, что его не сразу заметишь. Первый раз мы проехали мимо, пока местные не подсказали, где искать Михаила.
В деревне на зиму остается несколько человек.
Дом Михаила и Анны отлично замаскировался среди сосен.
– Здесь не работает связь, не ловит интернет. Зато какой воздух! – говорит наш собеседник, распахивает калитку и приглашает в гости.
В доме два этажа, и ремонт пока не окончен.
Ощущение, что бродим по лесу, а не жилой территории: везде огромные сосны, под ногами валяются шишки, а возле дома распустились ландыши.
“За смешные деньги купили дом и 25 соток земли”
Михаил Буховец – дизайнер, окончил художественное училище им. Глебова и Академию искусств. Его с детства тянуло к дереву: он вырезал фигурки, что-то мастерил, придумывал. Видимо, в деревне возле леса Михаил оказался не просто так. Хотя тогда, 20 лет назад, не собирался менять Минск на лесную глушь. Хата покупалась с другой целью.
20 лет назад деревня была умирающей.
А теперь здесь покупают хаты и строят новые дома.
– В 2005 году приехал с будущей женой Аней на шашлыки, – Михаил вспоминает, как впервые оказался в деревне Белый Бор Слуцкого района. – Кто-то подсказал, что на окраине продается дом с участком в 25 соток за $300. Я не поверил: такие цены существуют? Это же смешные деньги. Поэтому сделку заключили сразу. Мы хотели приезжать сюда на выходные, отдыхать и жарить шашлыки.
Справа от Михаила старый дом, который он купил за $300.
Мужчина всегда что-то мастерит и сутками пропадает в мастерской.
И лет 10 супругов такой план устраивал, единственный минус – деревенский дом был абсолютно непригодным к жизни. Решили строить новый. За это время пара купила еще соседний участок в 25 соток, объединила земли и начала строительство. Постепенно деревенская жизнь захватила так, что стало понятно: минскую квартиру пора оставить.
“Год придумывал необычные подсвечники из дерева”
Белый Бор – идеальный вариант, чтобы сбежать из города. На зиму здесь остается несколько человек, вокруг тишина и лес. Но где здесь работать?
Михаил сразу знал, как в глуши будет зарабатывать на жизнь.
– Часть моей работы была удаленной, я рисовал иллюстрации для стоков. Периодически ездил в Минск и занимался интерьерами, – объясняет Михаил Буховец.
Всё шло хорошо, пока в дело не вступил искусственный интеллект (ИИ): зачем покупать работу на стоке, если ИИ сам всё нарисует? Доходы семьи резко упали. Нужно было искать другие варианты.
– Стал пропадать в мастерской, пытаться что-то сделать своими руками. Это было время тренировок, экспериментов, практики, – рассказывает Михаил Буховец. – Долго не получалось то, чего хотел. Сразу думал зарабатывать на изготовлении журнальных столиков, сделал несколько штук, поставил на них подсвечники, сфотографировал. И людям понравились именно подсвечники. Они необычные, я год их придумывал.
Михаил возле своих работ.
Такие подсвечники стоят от 140 рублей.
Дизайнер показывает свои работы: массивные подсвечники из яблони и груши выстроены в ряд на столе. На днях они уедут к заказчику из Москвы. Основные покупатели у Михаила – минчане и россияне.
– Начал выкладывать работы в интернет, – Михаил уточняет, как получил первые заказы. – В будущем хочу уйти от поточной работы и заняться скульптурой, сделать ставку на эксклюзив.
Какую ошибку Михаил допустил во время строительства?
Даже если не знать, чем занимается хозяин дома, бревна яблони, груши, дуба его “выдадут”. Они лежат по всему участку и ждут своего часа, когда Михаил придумает, что из них можно сделать. Рядом сложены доски для строительства дома (он до сих пор не окончен).
Возле дома много материала для работы и ремонта.
На террасе часто собираются родные и друзья семьи.
В доме тоже много зелени, Анна увлекается растениями.
– Мы продолжаем строить дом, и это какой-то ужас, – смеется дизайнер, и в его голосе вся боль людей, которые годами не могут закончить ремонт. – Я решил всё делать сам, чтобы сэкономить. Например, работникам, которые накрывают крышу, нужно заплатить $10 тысяч. Если делаешь самостоятельно – это бесплатно. Но тут свои нюансы: то денег на материалы нет, то времени на строительство. Если честно, теперь бы всё сделал по-другому. Сразу бы заработал достаточную сумму, нанял профессионалов, и уже давно закончили бы строительство дома. А так всё растянулось на 10 лет…
В гости могут прийти косули и лисы
Пока мы рассматриваем двухэтажный дом, слышим какой-то шорох. Михаил спокойно замечает: “Наверное, косули пришли”. Что?! Оказывается, жизнь в лесу со своими “сюрпризами”: в любой момент через забор могут перепрыгнуть косули или в гости заглянет лиса. Чем это может закончиться, индоутки в курсе: как только стемнеет, они взбираются на высокую сосну и прячутся там от хищника. Куры такой трюк проделать не могут, вот и приходится их периодически спасать.
Индоутки прячутся от лис по всему участку.
– Однажды услышал во дворе ор. Выбегаю, а лиса уже держит курицу и тянет ее в сторону леса, – вспоминает Михаил. – Побежал за лисицей, так она на ходу выплюнула курицу. И таких историй много.
У супругов есть хозяйство, большой сад с можжевельником, сиренью, гортензиями, рододендронами, а вот огорода нет. Как местные ни пытались уговорить Михаила и Анну вспахать землю, из этой затеи ничего не вышло.
Супруги разбили свой ботанический сад.
Теперь в их владении 50 соток земли.
– Первые годы деревенские жители предлагали купить семенную картошку: “Столько земли, а вы ничего не садите. Давайте “забубеним” вам картофельное поле”. Зачем оно? Вон сосед “борется” с картошкой: каждый год сажает, а она не растет. Выгоднее съездить в Слуцк на рынок и купить зелень, ягоды, овощи, чем самим растить, – рассуждает Михаил.
Минусы жизни в лесной глуши
В Минск или в Слуцк семья выбирается постоянно: то продукты нужно купить, то инструменты. Спрашиваем, какой самый большой минус в жизни в лесной глуши. То, что не ловит связь, это мы уже поняли.
Михаил считает, что в деревне тоже можно жить с комфортом.
К паре постоянно приходят бездомные котики.
– Здесь всё классно, кроме связи. Для интернета у нас на крыше стоит усилитель, и по дому через роутер раздается wi-fi. Но в последние год-два это не очень помогает. Так как деревня маленькая, вышку здесь не поставят, газ ради нас не проведут (сейчас дом отапливается электрическим котлом, который можно “кормить” и дровами – прим. ред.), – отмечает Михаил Буховец. – Но самый большой вопрос – как получить медицинскую помощь. До Слуцка 36 км, не все специалисты там есть. И если вызывать “скорую”, то лучше сесть в машину и ехать сразу в Минск (это 75 км). Это будет и быстрее, и помощь окажут профессиональнее.
В остальном мужчина не видит проблем. Говорит, быт можно обустроить так, что жизнь будет такой же комфортной, как и в городе.
Пара не исключает: если на пенсии что-то пойдет не так, придется вернуться в Минск.
– Мы очень хотели жить в лесу среди сосен, – замечает Михаил. – Нигде нет идеальной картинки, приходится с чем-то мириться. Зато в деревне могу быть собой: выйти на улицу в любой одежде, быть небритым – лисам и белкам всё равно. А в Минске нужно соответствовать, когда едешь на объект к заказчику: нужно хорошо одеться, взять телефон получше. Все эти понты не для меня. Когда-то ходил на дизайнерские тусовки, теперь это в прошлом. Мне нравится, что в деревне люди проще, удовольствия другие. Ужинаешь на террасе, смотришь на лес – и больше ничего не надо.
Текст: Екатерина Асомчик, фото: Христина Лузай
*Использование и цитирование данной статьи допускается в объеме, не превышающем 20% при наличии гиперссылки. Более 20% – только с разрешения редакции.
