Утром 1 марта 2026 года государственное телевидение Ирана официально подтвердило шокирующую новость: Верховный лидер (рахбар) аятолла Али Хаменеи погиб в результате удара израильской авиации по его резиденции в Тегеране. Так закончилась эпоха 37-летнего правления человека, стоявшего у руля Исламской Республики дольше любого другого современного правителя на Ближнем Востоке. Гибель 86-летнего лидера ставит страну перед самым тяжелым политическим кризисом и первым за почти 40 лет переходом власти.
Али Хаменеи
Теократия с республиканским фасадом: Как устроена власть в Иране
Чтобы понять, что стоит на кону, нужно разобраться в уникальной конструкции иранского государства. Это не классическая диктатура и не парламентская республика. Исламская Республика Иран – это теократия, построенная на принципе “велаят-е факих” (власть исламского правоведа), который в 1970-х годах сформулировал основатель революции аятолла Хомейни.
Рухолла Хомейни
В этой системе Верховный лидер (рахбар) стоит над всеми ветвями власти. Он является не просто духовным авторитетом, а главой государства и главнокомандующим. В его руках – контроль над армией, Корпусом стражей исламской революции (КСИР), судебной системой и государственными СМИ. Именно рахбар определяет общий курс страны, и никакое стратегическое решение не может быть принято без его согласия. Президент, которого выбирает народ, фактически является лишь главой исполнительной власти – своеобразным “начальником логистики”, отвечающим за экономику и повседневное управление, но не имеющим реального влияния на силовой блок и внешнюю политику.
Ключевым органом, который стоит между народом и Верховным лидером, является Совет экспертов (Ассамблея экспертов). Он состоит из 88 исламских богословов (муджтахидов), избираемых на восьмилетний срок. Формально Совет экспертов обладает колоссальной властью: он избирает рахбара, контролирует его деятельность и может его сместить. Однако на практике этот орган всегда был лоялен действующему лидеру, так как кандидаты в него проходят строжайший отбор в другом надзорном органе – Совете стражей конституции, назначаемом самим рахбаром. Именно этим 88 людям предстоит решить судьбу страны в ближайшие дни.
Жизненный путь аятоллы: От бедности до абсолютной власти
Сейед Али Хосейни Хаменеи родился 17 июля 1939 года в Мешхеде, священном городе шиитов, в семье богослова азербайджанского происхождения. Следуя династийной традиции, он с юности посвятил себя религии. Он учился в семинариях Кума, где одним из его наставников был аятолла Рухолла Хомейни – будущий лидер революции.
Али Хаменеи
В 1960-х годах Хаменеи активно включился в антишахскую борьбу, за что подвергался арестам и провел несколько лет в тюрьме. После победы революции 1979 года он стал одним из главных архитекторов новой власти. Хаменеи стоял у истоков создания КСИР и занимал пост заместителя министра обороны. В 1981 году, после того как он выжил в покушении (в результате взрыва бомбы, спрятанной в диктофоне, его правая рука навсегда осталась парализованной), Хаменеи был избран президентом, став первым священнослужителем на этом посту.
После смерти аятоллы Хомейни в 1989 году Совет экспертов искал компромиссную фигуру, которая не претендовала бы на абсолютную власть, подобную хомейнистской. По настоянию влиятельного спикера парламента Акбара Хашеми Рафсанджани выбор пал на Хаменеи. Ему на тот момент не хватало богословского авторитета, поэтому пришлось срочно вносить поправки в конституцию, убирающие требование о высшем религиозном титуле, и присваивать ему титул аятоллы. Однако ставленник переиграл всех своих покровителей. За 37 лет правления Хаменеи укрепил систему, где ключевую роль стали играть КСИР, а сам он превратился в главного арбитра, балансирующего между фракциями консерваторов и реформистов.
Схватка за трон: Пять вероятных преемников
Официально Хаменеи никогда не называл имени своего преемника. Однако его смерть запускает механизм экстренного перехода власти. Временное руководство страной, согласно конституции, перешло к совету из трех человек: президента Масуда Пезешкиана, главы судебной власти и одного из членов Совета стражей. Но главная интрига развернется за закрытыми дверями Совета экспертов. В свое время телекомпания CNN, опросив экспертов и аналитиков, назвала имена вероятных претендентов, чьи кандидатуры сейчас будут в центре внимания.
Алиреза Арафи (67 лет) – это уважаемый и авторитетный богослов, доверенное лицо Хаменеи. Он занимает ключевые посты: заместитель председателя Ассамблеи экспертов (того самого органа, который будет выбирать лидера) и член Совета стражей.
Арафи возглавляет систему исламских семинарий, что дает ему огромный вес в духовной среде. Однако у него нет большого политического веса и связей с силовиками, что делает его скорее компромиссной, но слабой фигурой.
Мохаммад Мехди Мирбагери (около 60 лет) – радикальный консерватор и антизападник, представляющий наиболее жесткое крыло духовенства в Ассамблее экспертов. Он известен своими крайними взглядами и убежденностью в неизбежности конфликта между верующими и “неверными”. Его ресурс – идеологическая чистота и поддержка ультраконсерваторов, но его влияние ограничено стенами Академии исламских наук в Куме.
Хасан Хомейни (около 50 лет) – внук основателя Исламской Республики аятоллы Хомейни. Его имя – главный актив, способный консолидировать нацию вокруг символа революции.
Он считается менее радикальным политиком. Однако он никогда не занимал крупных государственных постов и, по-видимому, не имеет влияния на силовиков и правящую элиту, что делает его маловероятным кандидатом в условиях жесткой борьбы за власть.
Хашем Хосейни Бушери (около 70 лет) – высокопоставленный священнослужитель, близкий к покойному Хаменеи. Он занимает пост первого заместителя председателя Ассамблеи экспертов. Как и Арафи, он является системным бюрократом от религии, но при этом не имеет тесных связей с КСИР и не обладает общенациональной известностью.
Политологи отмечают, что, независимо от личности, новый лидер столкнется с колоссальными вызовами. Иран охвачен протестами на фоне экономического кризиса и падения риала. Кроме того, смерть Хаменеи может усилить борьбу за власть между духовенством и КСИР, который за десятилетия превратился в самостоятельную политико-экономическую силу. На этом фоне президент США Дональд Трамп в интервью CBS News уже дал понять, что у США есть свои предпочтения, заявив, что на замену Хаменеи есть несколько “хороших кандидатов”, но отказался раскрывать детали, добавив: “Я точно знаю, кто, но не могу вам сказать”.
