Большой театр Беларуси сегодня открывает 94-й сезон. Впереди – Шагал, Россини, Шостакович, гастроли в Таиланде, Китае, Омане и Вьетнаме. Корреспондент Smartpress.by побывала на встрече генерального директора Большого театра Екатерины Дуловой с представителями СМИ и обнаружила, что за пределами афиши нового сезона есть немало интересного.
Гендиректор Большого театра Екатерина Дулова
Дулова много говорила о людях – о тех, кто приходит в труппу, остаётся в ней, учится у старших, и, что особенно важно, о тех, кого театру не хватает, хотя зритель их никогда не увидит.
Есть вопросы, которые задаёшь театральному руководителю почти автоматически. Что будет премьерой? Кто приезжает? Куда поедет труппа? Что покажут детям? А потом в какой-то момент разговор сворачивает совсем в другую сторону.
“Нам нужны машинисты сцены, монтировщики, гримеры, постижеры, костюмеры, специалисты производственных мастерских”, – сказала Дулова.
Зритель видит артиста. А театр в этот момент думает ещё о десятках людей, которых зритель вообще никогда не увидит. Тот, кто ночью перед спектаклем собирает декорацию. Тот, кто пришивает что-то к костюму. Тот, кто делает постиж. Тот, кто за несколько минут меняет сцену так, что зритель даже не успевает понять, куда исчезла предыдущая декорация.
Все они работают в театре, но в афише их фамилий нет.
Кто остаётся и кого растят
При этом театр одновременно пытается удержать и вырастить тех, кто на сцену всё-таки выходит. Среди выпускников 2024 года в труппе остались 94% из них – раньше показатель был заметно ниже. В этом году приходит двадцать молодых специалистов, больше половины – в балет. В театре всерьёз занялись наставничеством: опытные артисты берут шефство над новичками, и, по словам Дуловой, взрослые делают это с удовольствием.
“Для нас очень важна непрерывная система работы”, – подчеркнула она.
Что ставят и что возвращают
Но театр не только ищет и растит людей. Он еще и пытается понять, что именно ему ставить, что возвращать из прошлого и куда двигаться дальше.
В новом сезоне Большой собирается не только ставить новое. Он ещё и достаёт старое. Причём буквально.
В театре обнаружили партитуру первого белорусского балета Моисея Крошнера “Соловей” по мотивам повести Змитрока Бядули.
История этой музыки сама похожа на сюжет для спектакля. Она когда-то звучала на разных сценах Советского Союза. А композитор погиб в Минском гетто. Теперь произведение хотят вернуть в современный репертуар. Пока постановка только в разработке.
Новый сезон обещает быть громким. 28 и 29 ноября – премьера балета “Любовь на сцене. Шагал”. Игорь Колб собирается рассказать не столько о художнике, сколько о мире людей, которые жили рядом с искусством: Шагале и Белле, Маяковском и Лиле Брик, Есенине и Айседоре Дункан, Серже Лифаре и Ольге Спесивцевой. Там будет любовь, ревность, творчество, страсть – всё то, из чего искусство обычно и получается. В театре специально подчёркивают: это авторский проект, аналогов которому нет.
А 19 и 20 декабря – совершенно другая история: “Итальянка в Алжире” Россини. Комическая опера впервые появится на сцене Большого. Даже краткий синопсис звучит как готовая афиша: итальянка попадает в плен, но быстро берёт ситуацию под контроль, обводит вокруг пальца мужчин, спасает супружескую пару от развода и соотечественников от рабства.
Пока Большой едет в Азию, Азия едет в Большой
Гастролей в сезоне тоже много, и все они требуют той самой невидимой работы за кулисами. 9–13 сентября балетная труппа отправляется в Таиланд с “Ромео и Джульеттой” и “Золушкой”. Белорусские музыканты усилят оркестр Королевского театра, дирижёры Большого встанут за пульт.
Затем – десять концертов в Китае с 20 декабря по 7 января, большой гала-концерт в Омане в январе, выступления в Москве весной и два балета в Ханое в мае.
В ноябре ожидаются гости из Пекина с современной оперой “Раскрашенная кожа”. Также в Минске ждут Театр оперы и балета Республики Коми.
“Это особое событие, – рассказала Дулова. – Они никогда не были у нас, мы не видели их работ. Будет очень интересно получить этот новый опыт”.
15 ноября Государственная академическая симфоническая капелла России исполнит “Реквием” Верди. 8 и 9 сентября, почти сразу после открытия сезона, минская публика увидит программу театра Бориса Эйфмана.
А 12 сентября в историческом фойе бельэтажа пройдёт концерт белорусской музыки.
Здесь будут просто расставлены примерно 120 кресел. “Как таковой акустики нет, но акустику создаёт всё, что находится вокруг”, – объясняла гендиректор. В Большом рассчитывают всерьёз развивать фойе как площадку для выступлений.
Зритель есть. А дальше?
Средняя заполняемость зала сейчас – 93%. Зритель у театра есть. А значит, можно думать о том, каким будет сам театр дальше.
Шагал или забытая партитура? Большая сцена или историческое фойе? Минск или Бангкок? Молодой артист или опытный наставник?
Похоже, в новом сезоне Большой не выбирает что-то одно. Он пытается успеть сразу в несколько сторон: возвращать своё наследие, искать новые формы, привозить в Минск чужой опыт, отправлять свои спектакли в другие страны и одновременно растить тех, кто будет работать здесь завтра.
И пока зрители будут обсуждать, каким получился Шагал и смешно ли будет у Россини, за кулисами продолжится работа тех, чьих фамилий нет на афише.
Машинистов сцены. Монтировщиков. Костюмеров. Гримёров. Постижёров.
Тех, благодаря кому театр начинается задолго до того, как гаснет свет в зрительном зале. И заканчивается гораздо позже.
Ирина Горошко
Фото предоставлены Большим театром
