Замечали, что часто рука тянется к телефону сама собой? В лифте, на остановке, в очереди, иногда – прямо посреди разговора с друзьями или даже на рабочем совещании. Мы делаем это десятки раз в день, и, кажется, это уже привычка. Но если задуматься, такой “механизм” появился у нас не просто так. Рассказываем о нем в новом материале цикла “Тайные смыслы наших привычек”.
Игра, в которую мы втянулись
Цифровая среда устроена по принципу переменного вознаграждения: психологи описали его задолго до появления смартфонов. Суть в том, что награда приходит не всегда и не по расписанию. Этот механизм подробно изучал американский психолог Беррес Скиннер еще в 1950-х годах. В своих экспериментах с так называемыми “ящиками Скиннера” он показывал: животные (а затем и люди) гораздо настойчивее повторяют действие, если награда появляется случайным образом, а не гарантировано. Именно такая схема оказалась самой “затягивающей”.
Позже этот принцип был переосмыслен уже в контексте цифровой среды. В 2010-х годах профессор Стэнфордского университета Би Джей Фогг описал, как технологии формируют поведение через сочетание триггера, действия и вознаграждения. А бывший специалист Google Тристан Харрис заявил о том, что приложения сознательно проектируются так, чтобы удерживать внимание, используя эти же самые механизмы.
Именно так устроены системы соцсетей с их уведомлениями, сообщениями, новыми постами, реакциями и лайками. Открывая приложение, мы не знаем, что нас ждет.
Может, ничего. А, может, что-то важное или эмоционально значимое. Именно эта неопределенность делает проверку такой притягательной. Она превращает телефон в устройство азартного ожидания.
Почему ожидание награды сильнее воли?
Человеческий мозг устроен так, что особенно остро реагирует на непредсказуемые сигналы. В природе это имело смысл: редкие, неожиданные события могли стать вопросом выживания. А сегодня “шорох в кустах” превратился в уведомления: каждый сигнал – потенциально значимый. И мозг предпочитает проверить, даже когда разум понимает: ничего срочного там нет.
Интересно, что в 2015 году американские исследователи из Университета Бэйлора – Джеймс Робертс и Мередит Дэвис – провели исследование, посвященное зависимости от смартфонов. Они выяснили, что люди проверяют телефон в среднем до 150 раз в день, а частота проверок напрямую связана с тревожностью и ощущением “упущенной информации”. Со временем это превращается в автоматизм.
Подражая другим
Если раньше люди синхронизировались через живые сигналы – жесты, взгляды, реакции, теперь эту роль частично берет на себя экран. Достаточно оглянуться вокруг. В кафе, транспорте, очередях вокруг нас – люди, но каждый из них в своем пространстве. И стоит хотя бы одному достать телефон, как через мгновение это делают другие. Не потому, что возникла необходимость: срабатывает механизм подражания.
Более того, привычка “проверять” давно перестала быть нейтральной. Она влияет на то, как мы общаемся, думаем и принимаем решения. Даже короткий взгляд в телефон во время беседы способен изменить ее тон. Это подтверждает исследование Шерри Теркл, описанное в книге “Reclaiming Conversation”: оно показало, что само присутствие телефона на столе снижает глубину разговора и уровень эмпатии между собеседниками, даже если к устройству никто не прикасается. Человек начинает чувствовать, что внимание рассеивается, разговор становится менее открытым, более осторожным. В деловой среде это особенно заметно.
Политика “вполглаза”
Публичные выступления тоже изменились. Аудитория редко все слушает целиком: она одновременно смотрит, читает, реагирует и отвлекается. В итоге внимание дробится, а вместо цельного восприятия – набор отдельных реакций.
Характерный пример – предвыборные дебаты в США 2016 года. Аналитики отмечали, что значительная часть аудитории следила за происходящим через “второй экран” – телефон, читая комментарии в соцсетях и реагируя на них быстрее, чем на саму речь кандидатов. Политики фактически начали конкурировать не только друг с другом, но и с лентой новостей в руках зрителя.
Работа на грани рассеянности
В профессиональной среде все чаще говорят о состоянии постоянного частичного внимания. Человек участвует во встрече, параллельно отвечает на сообщения, следит за почтой и делает все это одновременно. Может показаться, что это выглядит как эффективность. На деле, страдает глубина погружения во все темы. Решения принимаются быстрее, но становятся более поверхностными.
Привычка тянуться к телефону не обходит стороной и тех, чья жизнь проходит под постоянным вниманием. Так, участники различных саммитов или парламентских заседаний невольно проверяют смартфоны. Иногда в перерывах, иногда прямо во время выступлений. В 2017 году американские СМИ активно обсуждали кадры с заседаний в Белом доме, где сотрудники администрации отвлекались на устройства во время брифингов. Это выглядело как мелочь, однако вызывало вопросы о концентрации и дисциплине.
Еще более показательный случай связан с Илоном Маском. Он не раз признавался, что проводит значительную часть времени в телефоне, в социальных сетях, а его ночные твиты становились причиной колебаний акций и обсуждений на уровне мировых рынков. То есть привычка проверять и реагировать на экран буквально влияет на реальность – экономическую и политическую.
Почему так трудно остановиться?
Проблема не только в устройстве: она в том, как формируется наше поведение. Каждое действие закрепляется: проверил – получил реакцию, не проверил – почувствуй легкое беспокойство. Возникает поведенческий цикл: ожидание – проверка – краткое облегчение – новое ожидание. И чем чаще этот процесс повторяется, тем сильнее укрепляется.
Полностью отказаться от проверки уведомлений вряд ли получится. Но ослабить влияние смартфонов вполне возможно. Достаточно даже убрать лишние нотификации, делать осознанные паузы без экрана, не держать телефон постоянно в поле зрения, разделять время на “включенность” и “отключение”.
Проверка телефона стала новым универсальным жестом. Если раньше зевота выдавала состояние тела, то теперь экран выдает нашу заинтересованность. Мы тянемся к нему потому, что привыкли это делать. И, возможно, главный вопрос здесь в том, насколько мы готовы признать: часть наших действий больше не принадлежит нам полностью.
Автор: Вячеслав Струстович, иллюстрации сгенерированы ИИ
*Использование и цитирование данной статьи допускается в объеме, не превышающем 20% при наличии гиперссылки. Более 20% – только с разрешения редакции.
