Поводом уйти на заслуженный отдых для героини этой истории Марины Лапицкой стала не только объективная причина – пенсионный возраст, но и… творческое хобби. Что забавно, отдыхать женщина так и не начала: заказы на украшения и ватные игрушки ручной работы поступают ей один за другим – но это ее только радует.
Это новый материале из серии “Возраст не помеха” совместно с брендом интеллектуальной медицинской техники Prolife. В нем мы поговорили с Мариной о том, как она из инженера-технолога перепрофилировалась в мастерицу, и как то, чему ты посвящаешь свободное время, может стать делом жизни даже в зрелом возрасте.
Марина Лапицкая
“Могла спокойно распустить связанный наполовину свитер – и начать вязать заново”
Считается, что люди технического склада ума и “творческие” – очень разные. Но наша героиня Марина Лапицкая умудряется сочетать в себе оба этих начала – и долгое время жила, “переключая режимы”.
Основная профессия Марины – инженер-технолог по обработке металлов давлением. 15 лет женщина проработала на гомельском заводе “Эмальпосуда”, где по операциям расписывала, как из листа металла должна получиться кастрюля или кружка. После закрытия предприятия Марина переучилась на сметчицу и устроилась по специальности в частную фирму.
Марина пришла на интервью, украсив свитер брошью, которую сделала сама
– Я всегда была человеком технического склада ума. В 9-м классе я уже легко читала чертежи. Поэтому и образование, и работа – “по любви”, – делится Марина. – Но в свободное время меня всегда тянуло поделать что-нибудь руками. В детстве делала панно из соломки, выжигала по дереву. В юности писала картины маслом: год проучилась заочно в Петербургской академии искусств, потом Советский Союз развалился, пришлось учебу оставить – но база осталась. Много вязала и шила: в 1980-х у меня родились племянники, в 1990-х – дети, а достать что-то красивое из одежды тогда было сложно. Мне важно было сделать всё “как надо”: если на середине уже связанного свитера видела, что что-то с ним не так, могла спокойно распустить его и начать заново.
В нулевых, когда дефицит остался в прошлом, а дети подросли, Марина решила заняться чем-то просто для души. И в 42 года начала осваивать бисероплетение, а также делать броши и украшения из натуральных камней.
Примеры украшений из бисера, которые делает Марина
На хобби уходили вечера и иногда выходные. Появились единомышленники: их Марина нашла в интернете. В то время уже существовали онлайн-сообщества мастериц, как называет их собеседница, “бисерная мафия”. Там делились техниками, помогали друг другу и пересылали материалы, которых в Беларуси тогда было не достать.
Марина говорит, что за годы работы с бисером зрение, увы, ухудшилось. Если сейчас мастерица выбирает японский и чешский бисер – ровный, качественный, “бисеринка к бисеринке”, когда она начинала, в основном был доступен китайский. Чтобы собрать из него нормальную партию, приходилось покупать несколько пакетиков и отсеивать бисеринки плохого качества – “перебирала как Золушка просо”. Сегодня работать с мелкими деталями помогают специальные очки-лупа с подсветкой, которые подарили Марине дети.
Зато с давлением, говорит собеседница, особых проблем нет: она – гипотоник, ее привычные показатели – около 90/60. Правда, недавно после нескольких бессонных ночей давление подскочило.
Измерять давление дома Марине и мужу приходится старым механическим тонометром с грушей: манжету нужно накачать вручную, а результат определять, прислушиваясь к тонам. Поэтому предлагаем героине попробовать тонометр Prolife PX7 Premium.
Он показывает 125/80, а индикатор подсвечивается зеленым – результат в пределах нормы. Сама Марина отмечает, что для нее верхнее значение немного выше привычного.
Первое, что впечатляет героиню, – внешний вид прибора и упаковка. А затем она сравнивает новый тонометр со старым:
– Конечно, намного проще, чем надувать эту грушу, а потом слушать пульс. Здесь манжета сама сжимает руку до определенного уровня, а в нашем старом надо ориентироваться на месте, и бывает пережимание. Тут все автоматизировано, это намного комфортнее.
Впрочем, для Марины измерение давления – лишь один из способов следить за самочувствием. Гораздо лучше, признается она, на нее действует ее хобби: “Оно успокаивает и действует на организм только положительно”.
После интервью прибор остается героине в подарок
Вдохновение – из старых открыток, фото и... воспоминаний из детства
В 2020-м, когда грянула пандемия, Марину перевели на удаленку – и времени на хобби стало больше. К тому моменту свои украшения она уже продавала на ярмарках и выставках ремесленников в Гомеле и отправляла заказчикам из разных городов и стран: люди находили мастерицу через соцсети.
– На пенсию я ушла два года назад, – вспоминает Марина. – И как-то дочь предложила сделать пару игрушек из ваты – это тогда набирало популярность. Сделали пару снеговичков. Дочке хотелось попробовать смастерить что-то вместе со мной, но надолго ее не хватило. А я втянулась и уже не смогла остановиться.
Марина достает из коробки свои игрушки, а мы с фотографом только успеваем умиляться. Берем в руки румяного малыша с авоськой, связанной вручную, в одной ручке, и леденцом-петушком – в другой. На нем толстый пуховый платок и дубленка: кажется, он только что сошел со старой новогодней открытки. Оказывается, именно открытки часто подсказывают Марине, как одеть своих героев.
– Еще рассматриваю старые фотографии, – добавляет Марина. – И вспоминаю: нас в детстве тоже так одевали.
Наша героиня говорит, что малыши с авоськами, бидончиками, леденцами, ковриками, “выбивалками” и другими деталями советского быта пользуются у покупателей большим спросом.
Личики малышей Марина отливает в молдах, а затем расписывает вручную
– Ватные игрушки делали еще на заре Советского Союза. Как таковых новогодних игрушек не было, а стеклянные стоили дорого. Делали украшения из ваты: она была доступным материалом. Разводили крахмал в воде – получался клейстер, добавляли вату. Оттуда все и пошло. У меня дома до сих пор сохранился Дед Мороз, сделанный в этой технике: частично из ваты, частично из ткани. Он мой ровесник! Уже, конечно, пришел в такой вид... Очень хочется его реставрировать, но пока руки не доходят.
Тем временем мы рассматриваем ребят в костюмах овечек. Собеседница напоминает: следующий, 2027 год – год Овцы, и она уже “готовит сани летом”, делая игрушки впрок.
Свои работы Марина расписывает матовыми красками и покрывает матовым лаком
– Елочные игрушки предсказуемо всем нужны в ноябре-декабре. В прошлом году в эти месяцы я просто не поднимала голову – столько было заказов. Теперь себе сказала: в этом году делаю игрушки до декабря, а потом – отдыхаю.
Ватные игрушки, которые делает Марина, легкие, поэтому не утяжеляют елочные ветки
“Если хобби приносит доход выше пенсии, то это уже работа”
За два года ватные игрушки Марины успели разъехаться далеко за пределы Гомеля. Их заказывают клиенты не только из Беларуси и России, но и из США, Канады, Италии, Израиля, Франции, Германии, Норвегии и стран Прибалтики.
Однажды у Марины заказали сразу 50 игрушек – целую коллекцию для новогодней елки. Когда игрушки доехали до заказчицы, та прислала мастерице фотографию.
Та самая елочка из Эстонии, украшенная игрушками Марины, – и другие малыши из ее Threads
– В день я работаю по 5-6 часов. А когда много заказов, то и по 12, – удивляет нас собеседница. – Дома к этому относятся с пониманием: муж, если видит, что я “в запаре”, и по дому уберется, и еды наготовит.
Спрашиваем, это все еще ее хобби или уже все-таки работа?
– Я считаю, что если хобби приносит доход выше пенсии, то это уже работа, – уверена Марина. – Но работа в радость: если я вижу, что заказы поступают одинаковые, стараюсь разбавить игрушки украшениями – и наоборот. Эти переключения не дают угаснуть интересу к тому, что я делаю. А как к внукам съезжу, так приезжаю с новыми силами, с новой энергией. И каждый раз, когда сажусь за эти игрушки, у меня душа не нарадуется. Возможно, просто в детстве не наигралась.
Автор: Вера Рогатко, фото: Христина Лузай
*Партнерский материал
*Использование и цитирование данной статьи допускается в объеме, не превышающем 20% при наличии гиперссылки. Более 20% – только с разрешения редакции.
