Профессор Международного центра ICRANet Григорий Верещагин: "В итальянских школах нет сборов на ремонт”

"Мои аспирантуры, как две разные планеты", - говорит доктор физико-математических наук, профессор Международного центра релятивистской астрофизики ICRANet Григорий Верещагин. Выпускник физического факультета БГУ после окончания белорусской аспирантуры уехал получать степень Ph.D в один из старейших университетов мира, а после остался жить и работать в Италии. Смарпресс попросил Григория рассказать об общем и разном в двух системах образования.

Григорий Верещагин3.jpg

"Нужно было прослушать 180 часов лекций, но предметы и преподавателей я выбирал сам"

- Какие различия двух образовательных систем вы заметили сразу?

- Аспирантуру я закончил в 2003-м году и через год поступил в Римский университет Ла Сапиенца. В Минске я изучал космологию, в Италии выбрал своей темой релятивистскую астрофизику. Легко перейти в новую область позволил тот фундамент, что был заложен в БГУ.

Мои аспирантуры, как две разные планеты. В Беларуси строгие требования к перечню экзаменов для каждого соискателя научной степени, обязательные для обучения предметы, постоянные отчеты перед руководителем. Корни этого в образовательной системе Советского Союза, где была важна стандартизация учебного процесса: надо было быстро обучить большое количество людей, выработать единую систему для того, чтобы, отправив выпускника вуза на другой конец огромной страны, получить там такого же специалиста, как и в пристоличных регионах.

В Италии была дана задача на результат. Три года тебе дают стипендию, готовы оплачивать поездки на конференции, участие в научных школах США, Англии, Франции или любой другой страны. Могут помочь с финансированием публикаций (в некоторых престижных американских изданиях за публикацию необходимо выложить немалую сумму), чтобы ты подготовил добротную научную работу. За время учебы необходимо было прослушать не менее 180 часов лекций, но предметы и преподавателей я выбирал сам. Не слышал, чтобы кого-то не допустили к защите из-за несдачи какого-то предмета. Тут важнее твои публикации и подготовленная диссертация.

- У нас, чтобы поступить в аспирантуру, нужно сдать обязательные экзамены по философии, иностранному языку и специализацию. А в Италии?

- Там существуют разные программы: сугубо для итальянцев и для иностранцев. Обычно на конкурс подаются необходимые документы и обоснование, почему университету нужно именно тебя взять на обучение. Потом проходит собеседование. В моем случае программа была международной, поэтому бумаги требовали на английском языке, а общение проходило дистанционно. В университет ты впервые приезжал уже сразу на учебу. Кстати, некоторые вузы предоставляют иностранцам возможность один раз в год за счет университета съездить домой. Мне нравилось, что в рамках учебы мог обращаться к любому зарубежному эксперту. Уже после того, как я закончил аспирантуру, эта международная программа была поддержана грантом Евросоюза по линии Эразмус Мундус.По ней набирали 10 человек, половина – неевропейцы. В начале выбиралась тема для исследования, научный руководитель. От студентов требовалось через три года защититься. Все это время они занимались самостоятельной работой.

- Почему европейские университеты заинтересованы в международных обменах?

– Они работают на престиж вуза. Ведь целеустремленные студенты рано или поздно придут на академические позиции в университеты. Рассказывая о становлении своей карьеры, они будут упоминать, что толчком послужила та или иная программа. Плюс — это обмен опытом, знаниями, различными системами и подходами.

К тому же в Европе уже не первое десятилетие стремятся повысить студенческую мобильность. Человеку дают возможность конструировать свое образование из курсов разных университетов и разных стран. Системы образования стремятся унифицировать, чтобы максимально удовлетворить единый европейский рынок труда.

"У итальянцев принято приезжать всей семьей на защиту к родственнику"

Григорий Верещагин2.jpg

– Многие белорусские аспиранты не успевают за три года выйти на защиту. Часто только на оформление уходит дополнительный год.

– Для европейских студентов важны два фактора: стипендия, позволяющая целиком сосредоточится на научных исследованиях, и непрерывность работы. В академической науке перерыв на год-два откидывает тебя в начало изучения выбранной проблематики. Поэтому аспиранты стараются уложиться в заданный срок.

Правда, тут никому не интересны, строго ли в тексте выверены отступы. Критерии другие: четко и ясно ли прописана работа, были ли публикации в хороших научных журналах. Престиж последних определяется индексом цитируемости (в Беларуси засчитают только статьи в изданиях, включенных Высшей аттестационной комиссией в специальный перечень – Смартпресс).

Научную работу принято отдавать на экспертизу одному преподавателю вуза, где будет проходить защита, и нескольким зарубежным профессорам. Возможно, поэтому я еще не встречал итальянских аспирантов с диссертацией на национальном языке: для зарубежных специалистов ее пишут по-английски.

– Защита проводится публично?

– Как и у нас, приглашают всех желающих. Во время прений пришедшие тоже могут задавать вопросы. Для итальянцев, в отличие от белорусов защита – грандиозное семейное событие. На нее принято приезжать всем родственникам, а потом дружно отмечать успех.

– Быть ученым в Италии престижно?

- Со времен Галилея ничего не поменялось: на ученых смотрят, как на странных людей. Для экспрессивных итальянцев престижнее быть футболистом или шоуменом. Зато работа на кафедре в университете дает человеку защищенность. Если преподаватель читает лекции и публикует научные статьи, то ему гарантировано рабочее место до пенсии. На постсоветском пространстве межличностные конфликты ученых могут привести к увольнению. В Европе этот момент постарались свести на нет.

"В начальных классах с детьми работают два учителя"

Григорий Верещагин.jpg

– В вашей семье растут двое детей. Вы легко освоились с итальянскими садами и школами?

– Первое, с чем столкнулись – в Италии нет трехлетнего декретного отпуска. Кого-то спасают бабушки, но далеко не все пожилые итальянки, в том числе из-за повышения пенсионного возраста, готовы тратить свое время на внуков. Поэтому в Италии распространены ясли: туда могут брать с 6 месяцев. Есть как частные, так и государственные сады. На севере страны, где больше работающих горожан, проще найти место для ребенка. На юге с этим сложнее, в том числе по этой причине многие женщины вынужденно уходят с работы. По мере того, как дети подрастают им далеко не всегда удается вернуться на прежнее место.

В Италии нельзя оставлять детей одних практически до 12 лет, поэтому в школу и из школы приходится возить. Уроки обычно заканчиваются в 13.30-14 часа, с работы не сорвешься. До пандемии в нашей школе была продленка, но она закрывается в 16 часов. Выбора не было – нанимали бебиситера.

Необычно для нас, что тут нет единого дня начала учебного года, в каждом регионе страны по-своему. Если в Беларуси школьников ждут четыре четверти, то в Италии учатся с середины сентября до рождественских каникул, потом до пасхальных. После Пасхи школьники ждут летних каникул, которые начинаются с середины июня.

– На время пандемии школы закрывались?

– Полтора года дети учились дистанционно. В этом году вернулись в классы. Кстати, на территорию школы родителям заходить нельзя: учителя отдают детей после уроков возле ворот. Просто так прийти в школу, чтобы поговорить с учителем, не получится.

– Были ли для вас неожиданные предметы в школьной программе?

- Специфика Италии – урок религии, правда он не обязателен, можно договориться об альтернативном предмете на это время, например, об уроке музыки. В целом программы схожи, но я могу судить только по начальной школе, куда ходят мои дети. Здесь под это понятие подпадают первые пять лет. Потом их ждут три года в средней школе и 4 года старших классов. В Беларуси чаще всего дети все 11 лет учатся в одном здании. В Италии, как правило, это не так.

В начальных классах чаще всего с детьми работают два основных учителя. Один отвечает за гуманитарные предметы, второй за точные. Сразу же начинают изучать иностранный язык. На уровне средней школы добавится второй иностранный язык. С системой отметок я еще не очень разобрался, но тут в принципе считается, что оценки в обучении не главное. Учителям важнее, как ребенок встроен в коллектив. Если возникают конфликты, зовут на помощь школьного психолога. В конце года родителям сообщают оценки их детей по каждому из предметов в диапазоне от А до D, где А – наилучший показатель.

– Начало учебного года для вас это…

– Приобрести все необходимое к школе, за исключением учебников, которые предоставляются бесплатно.  Сборы ребенка в школу в принципе не потянут из семейного бюджета больших денег. Куда серьезнее отопить дом зимой, ведь газ в Италии стоит дорого.

Сразу скажу: в итальянских школах нет сборов на ремонт, мне еще ни разу не надо было красить стены или ремонтировать парты перед началом учебного года. Хотя предложить купить электронную доску могут и здесь. Родительские собрания у нас проходят регулярно, на них обсуждаются вопросы класса (до ковида часто согласовывались совместные поездки детей).

– Вы могли выбрать школу для своих детей?

– Главным критерием для выбора является место жительства ребенка или место работы родителей. Если мест нет, то откажут железно. Я не встречал, чтобы за учителем шли в другую школу, правда в Пескаре всего 100 тысяч населения. Возможно, в крупных городах дела обстоят по-другому.

В стране развито частное образование, но государственные школы не уступают в качестве обучения, поэтому многие родители выбирают муниципальные учреждения. Такого количества репетиторов как в Беларуси в Италии нет.

Замечу, в Италии по сравнению с Европой самый маленький процент людей с высшим образованием. Многие выпускники школ идут в колледж или сразу на работу, поэтому в школе стараются давать актуальные знания, которые пригодятся на рынке труда. 

Автор: Анастасия Панкратова

Фото: Анна Шарко